Пассионарный характер. Пассионарная личность

Как-то часто, в самых разных местах и контекстах я слышу слово «пассионарий», и что-то мне подсказывает, что это не мода. Что-то в воздухе, что-то действительно есть и что-то действительно будет.

Растет напряжение ожидания. Увеличивается объем смелых, казалось бы, противоречащих здравому смыслу и инстинкту самосохранения проектов. Все чаще я встречаю людей, которые берутся за некоммерческое, но правильное, хорошее и по-настоящему интересное, говорят что-то странное о миссии, пути, предназначении, дарованном таланте…

Любопытственно все это. Более того – вдохновительно и заразительно. Да, в воздухе - вирус пассионарности ! Интересно, кто следующий?

И, кстати, каков же он – «пассионарный дух»?

Вообще, понятие пассионарности предложил в свое время Лев Николаевич Гумилев. И термин этот происходит от слова «passio» – страсть.

По сути, пассионарность – это способность и стремление к изменению окружения, нарушению инерции, потенциал к деятельности и прогрессу, необоримое внутренней стремление к деятельности, направленное на осуществление сверх-важной, удаленной, иррациональной цели. А пассионарий – это человек «энергоизбыточного» типа, активный, рисковый, увлеченный и даже одержимый, способный на жертвенное поведение ради достижения чего-то, что он считает ценным.

У кого-то (не помню кого) увидела фразу – «пассионарий – человек, которым движет антиинстинкт». Пассионарий не может жить спокойно, повседневными заботами без увлекающей и манящей цели – он склонен геройствовать и за ценой не постоит. Причем жертвовать будет не только собой, но и другими. Возможны также «перегибы» и «перегревы», когда пассионарность выходит из-под контроля разумной целесообразности и из силы созидательной превращается в разрушительную.Пожалуй, стоит добавить, что правильнее называть пассионариев не «ведущими», а «толкающими», «раскачивающими» и не всех вождей считать пассионариями.

Степени пассионарности различны, но для того, чтобы она имела видимые и фиксируемые историей проявления, необходимо, чтобы пассионариев было много. Иными словами, это признак не только индивидуальный, но и популяционный. Люди, обладающие этим признаком, при благоприятных для себя условиях совершают (потому что не могут не совершать) поступки, которые, суммируясь, ломают инерцию традиции и создают нечто принципиально новое – в том числе инициируют новые этносы. Потому и существует понятие «социальной пассионарности».

До сих пор не ясно – является ли пассионарность наследуемым признаком, но известно, что она заразительна, так как вполне себе обычные люди, находящиеся в непосредственной близости от эпицентра, начинают себя вести себя так, как если бы они сами были пассионарными. При этом, отдалившись на достаточное расстояние, они вновь обретают свое обычное поведение. Этот феномен именуется «пассионарной индукцией» . И, в общем-то, довольно активно эксплуатируется. Например, в военном деле, когда несколько пассионариев способны своим примером и поведением поднять и зажечь целую армию.

Да, роль пассионариев в развитии и инициировании прорывов и переходов на новый уровень огромна, но вот число их в общей человекомассе всегда ничтожно. Да, и еще они обречены, так как безудержно сгорают или гибнут…

Основную же социальную часть формируют люди гармоничного типа (те, у кого импульс пассионарности и желание самосохранения уравновешены) – не сверхактивные, усмиряющие вспышки пассионарности, поддерживающие гомеостаз, воспроизводящие потомство, умножающие материальные ценности по уже созданным образцам, улучшающие качество жизни, уживчивые.

А в фазы застоя и регресса в великом множестве представлены «субпассионарии » - люди с недостаточной энергией (отрицательной пассионарностью) - инертные, не способные к созиданию, лишенные воображения, но умеющие служить за деньги, создающие и поддерживающие такие правила, которые ограждают их от угроз персональному комфорту, «получатели хлебного пайка и зрители цирковых представлений», проповедующие «жизнь для себя», бездумно спокойные и равнодушные…

Что еще к этому можно добавить?

Гумилев сформулировал закон, согласно которому совокупная «работа» выполненная народом (этносом) прямо пропорциональна «пассионарному напряжению» (количеству имеющейся в системе пассионарности, поделенной на общее количество народа). Естественно, есть разные стадии и степени выраженности пассионарного напряжения. Всего их семь:

  • фаза подъема – для которой характерен рост пассионарного напряжение
  • акроматическая фаза – стабилизации уровня пассионарного напряжения на наивысшем уровне
  • фаза надлома – или начала снижения пассионарного напряжения
  • инерционная фаза – неумолимое снижение уровня пассионарного напряжения, сопровождающееся укреплением государственной власти и социальных институтов, интенсивным накоплением материальных и культурных ценностей
  • фаза обскурации (или даже деградации) – увеличение численности субпассионариев и снижения пассионарности ниже нулевого уровня
  • фаза регенерации – кратковременное восстановление пассионарности за счет немногих уцелевших на периферии системы пассионариев
  • реликтовая фаза –стабилизации пассионарного напряжения на предельно низком уровне и прозябание

На момент изложения мыслей (менее полувека назад) автор предполагал, что русский этнос находится в инерционной фазе – снижения пассионарного напряжения. С другой стороны – возможно кризисное усиление пассионарности.

Мда-а-а-а…но дело в том, что, как правило, последствием роста пассионарности социума является война или революция … Возможны ли иные способы снятия напряжения?

И вот тут начинается самое интересное! Высказываются идеи о возможности создания неких «пассионарных реакторов» - генераторов социальной энергии, в которых пассионарность могла бы расти и поддерживаться, не превращаясь во взрывоопасную силу!

Забавно. Люди с особыми ценностно-смысловыми установками как альтернативный источник энергии! Причем, управляемый. А почему бы и «да»?!

Только вот пока концепция пассионарности не принята никаким научным сообществом и, в общем-то, никто не экспериментировал. Но мне почему-то все это кажется весьма и весьма «вкусным». «Пассионарные реакторы», работающие в определенной социальной среде и постепенно трансформирующие общество – в общем, было бы неплохо попробовать.

Хотя о чем это я? Ведь все уже давным-давно происходит – выстраивается инфраструктура, привлекающая в себя носителей пассионарности. Бизнес-инкубаторы, сообщества, сети, клубы и движения единомышленников, обитающие на конкретных площадках или качующие из точки в точку, интересные региональные инициативы и проекты – все это своего рода социально-энергетические сгустки. Конечно, это пока еще не «реактор», но уже способ аккумулирования энергии, в том числе через механизм индукции – заражения. Отсюда и появляется ощущение этого самого «пассионарного духа», концентрирующегося в определенных местах – «очагах пассионарности».

Получиться ли из всего этого со временем что-нибудь революционное или преобразования будут постепенными, покажет время… По мне революция предпочтительнее, хотя и длительная дистанция не испугает.

«Я всегда буду мечтать, и не перестану, пока не остановит пуля»,

Эрнесто Че Гевара

Обыватель - это не хорошо и не плохо, это как средняя температура по больнице - оно вроде как и есть, только смысла нема. Фактически шо такое обыватель - это пассивное большинство; оно такое было всегда, и всегда будет. Бороться с ним и обличать слегка бессмысленно, это как обличать силу гравитации. И одновременно с этим не следует думать, что "так и надо, это нормально" - это как раз обывательская позиция, о чём говорил в прошлой части.

Обыватели лежат и нифига не делают (в общественном плане, в экономическом-то они как раз основная рабочая сила), и сложно их в этом винить - поишачь-ка на заводе от гудка до гудка, или потаксуй, или там ещё чего. Обыватель, как правило, таков не потому, что он плох, а потому, что у него выбора толком нет, нет времени предаваться философским измышлениям, как некоторые тут . Остаётся энергии на что-то более креативное, чем просмотр ТВ да игру в танчики - уже хорошо.

Перемены общества происходят за счёт т.н. пассионариев , они же общественные активисты - это люди с шилом в попе , которые думают не только за себя, но и за всё Общество, или какую-то значительную его часть. Они воздействуют на это самое Общество, и меняют его философию, психологию и через это - или наоборот - экономический уклад . Может показаться - особенно в мегаполисах - что от простого человечка ничего не зависит; но это именно обывательский взгляд. Мы в своих видим, как один человек может запустить вокруг себя круги, влияющие чуть ли не на всю республику-область-край, даже без особой цели устроить Майдан или революцию - просто достаточно заниматься своим делом с огоньком.

Фактически эти активисты-пассионарии шевелят аморфную массу обывателей в попытках направить их на путь истинный - с их точки зрения. Является ли это насилием и манипуляцией? Определённо да. Нужно ли это делать? Как ни странно, тоже да, особенно в кризисных и пред-кризисных ситуациях, подобной нонешней - когда дом шатается и горит, сидеть и говорить по-обывательски, что "всё нормально", довольно глупо. Некоторые вещи навроде того же пожара обыватели способны вычислить и самостоятельно, только вот понять его первопричины и особенно методы его предотвращения могут не только лишь все . Обывателя по умолчанию волнует его собственная хата, и какие-то глубинные события и тайные процессы ему по барабану - и это тоже не плохо, это факт.

Здесь также важно уточнить, что активист-пассионарий не равно "благодетель Человечества". К безусловным пассионариям можно причислить и Сталина и Гитлера; и протопопа Аввакума и патриарха Никона, хотя, казалось бы, они антагонисты . Стремление "твоя труба шатать" может быть разнонаправленным, и ту же самую подорвали две противоположные группировки активистов - "майданутые" и "колорады"; обои двое активисты, но ведут общество в разные стороны, шо какбэ намекает.

Общество менять, безусловно, нужно, особенно в наше тревожное время суток; обыватель, повторяю, будет до последнего сидеть и надеяться на лучшее, даже когда ему на голову уже будет валиться штукатурка от падающих общественных конструкций; как это было во всех пост-советских странах, и на наших глазах происходит вна бУкраине. Коммуналка уже почти догнала зарплату, но обыватель сам по себе никуда не пойдёт, пока последнее из пасти вырывать не будут - и это, повторюсь, не удивительно, всё сугубо по определению . Мы и сами такие, схавали 2.5-кратное падение рубля и взлёт цен при заморозке зряплат, и ничего же, всё нормально? Выводы, последствия - какие выводы, ведь так и надо?

Общество меняют активисты-пассионарии - люди, которые думают не только за себя, но и за всех остальных. Но это не значит, что "пассионарий" - это однозначно положительный херой. Люди, пережившие Катастройку, должны помнить лощёных мальчиков-зайчиков, изо всех сил подражающих западенским "бизнесменам", ломавших общество под свои идеалы и интересы. В итоге в руинах лежит пространство от Гданьска до Анадыря, и все считают, что это нормально. Разительный контраст от кастрюлеголовых на Майдане, а результат ровно тот же.

Поэтому лишний раз уточню, что активист-пассионарий вовсе не равно "герой" и "спаситель". Это просто неравнодушный человек, но это неравнодушие может быть и сопереживанием, и инстинктом хищника. Поэтому всегда и говорю, что всё в нашей жизни - от , а те - от . Звучит несколько замудрённо, но я просто предлагаю разглядывать не внешнюю мишуру, а конечную цель в любом действии. Ибо не всегда действие лучше бездействия, как бы это не звучало странно.

Современный мир подобен толстяку, который слишком много жрёт и мало двигается. Всем это понятно, но дальше абстрактых деклараций дело не идёт - как и при Горбачёвы, сплошные "на чать" да "углу бить". Мы слишком долго , думая, что "ещё вот этот пончик не повредит", и всем уже понятно, что бензин закончился; все всем должны и даже взаимозачёт не решит проблем - если я тебе должен 100 рублей, ты мне 10, а на двоих у нас один рубль, это добром не кончится. В этих условиях неибежно нужно ужиматься; но и это тоже проблему не решит - если толстяка кормить всё меньше и меньше, то он не станет Аполлоном, а заработает себе гастрит и превратится в рахитика, что немногим-то и лучше. Если в приоритете ставить гармонию, то необходимо больше работать физически; есть можно даже больше, главное - чтобы было куда корм расходовать.

Пассионарии, гармоничники, субпассионарии
Пассионарность имеют все люди, но в разных дозах. Пассионарность проявляется в разных качествах в властолюбии, гордости, тщеславии, зависти. Пассионарность не оставляет место бездействию и равнодушию.
В Википедии записано "Пассионарии - в пассионарной теории этногенеза люди, обладающие врожденной способностью абсорбировать из внешней среды энергии больше, чем это требуется только для личного и видового самосохранения, и выдавать эту энергию в виде целенаправленной работы по видоизменению окружающей их среды. Судят о повышенной пассионарности того или иного человека по характеристике его поведения и психики.
Термин введен Л. Н. Гумилевым для пояснения коллективных процессов, вызвавших переселение и державотворчество кочевых тюркоязычных народов. Идея получила своих развитие, особенно среди азиатских авторов. Например, у Р. Рахманалиева в его труде "Империя тюрков".
В более старых исторических школах причины процессов начала переселений искали в сугубо материальных процессах - неурожай, падеж скота (голод), нападение более воинствующих соседей. Гумилев и его последователи "добавляют" к этим бесспорным фактам некую духовную "готовность" большой части этноса к коренным изменениям, в частности к расставанию с родными местами. Именно наличие большого количества таких "заряженных" на перемены пассионариев является той последней каплей, которая переполняет чашу. Но их количество должно быть достаточно велико, так как вождя-новатора должны поддержать. Иначе он закончит жизнь как изгой.
Со временем, термин, вопреки первичной трактовке, стали применять и в культурологическом контексте. Это противоречит идее Гумилева, который разбивал процесс на несколько этапов по уровню "пассионарности", первоначально нарастающей и вовлекающей в процесс другие народы, а затем спадающей, что приводит к созданию государства и оседлости. Дальнейший спад "пассионарности" приводил к постепенному "размыванию" массы агрессоров, нередко к принятию их часть чужих культурологических ценностей, религии и даже языка. Зафиксированы случаи полной ассимиляции с завоеванными, как, например, в Китае.
Расцвет культур свойственен началу периода спада "внутреннего накала" и в основном у покоренных народов. Этот феномен развития возникает "под эгидой" захватчиков, но на собственной национальной почве. Достижением исходных "пассионариев" становятся необходимые для существования государства области - учет (финансы и налогообложение), делопроизводство, органы правопорядка, почта-связь. Так в Восточную Европу попала система почтовых "ям" - размещенных на расстоянии дневного конного перехода постоянных станций со сменными лошадьми, обслуживающих в первую очередь государственных "ямщиков". Так же отметим разумное сохранение захватчиками системы самоуправление на местах, а нередко и правящей элиты.
Идея о "пассионариях" - изобретателях и творцах более поздняя и не имеет достаточного подтверждения. Пассионарии легко адаптируются и заимствуют у покоренных народов новации, но сами в них не преуспевают. Например, монголы, не имевшие опыта в создании осадных машин (в Восточнославянских летописях "пороков") захватывали их у китайцев и поручали китайским-же мастерам обслуживание и эксплуатацию.
Собственно пассионарии - особи энергоизбыточного, активного общественного типа. Антипод пассионарию - субпассионарий, особь энергодефицитного типа. По Подолинскому, пассионарий - наиболее активный субъект общественного движения производительного типа - изобретатели, первооткрыватели, созидатели, способствующие накоплению и преобразованию энергии и рационализации жизни. Противопоставляются таким пассионариям растратчики энергии, стяжатели паразитического типа.
Пассионарии являются людьми нового склада в популяции и ломают сложившийся уклад жизни, из-за чего вступают в конфликт с обществом. Они организуются в группы (консорции), те, в свою очередь, становятся ядрами новых этносов, образующихся обычно через 130-160 лет после «толчка», и выдвигают идеологии, становящиеся их доминантами.
В контексте определение используется в значении «предприимчивые, активные и рисковые люди, стремящиеся к выполнению поставленной задачи, преодолевающие страх смерти».
Л. Н. Гумилев в своих книгах развивает положения уникальной теории пассионарности: "Пассионарность как мера активности и сопротивляемости.
Для целей нашего анализа целесообразно ограничиться делением на две группы, имеющие разные знаки. Первая – это комплекс потребностей, обеспечивающих самосохранение индивидуума и вида – "потребности нужды"; вторая – мотивы иного рода, благодаря которым происходит интеллектуальное освоение непознанного и усложнение внутренней организации – "потребности роста", то, что Ф. М. Достоевский описал в "Братьях Карамазовых" как "потребность познания", ибо "тайна человеческого бытия не в том, чтобы только жить, а в том, для чего жить", и при этом "устроиться непременно всемирно", потому что человеку нужна общность идеалов.
Для раскрытия целей и смысла жизни, необходимо учитывать величину "эгоизма" в каждом человеке.
Формирование целей и смыслов всегда связано с наличием у некоторых индивидов необоримого внутреннего стремления к целенаправленной деятельности, всегда связанной с изменением окружения, общественного или природного, причем достижение намеченной цели, часто иллюзорной или губительной для самого субъекта, представляется ему ценнее даже собственной жизни. Такое, безусловно, редко встречающееся явление есть отклонение от видовой нормы поведения, потому что описанный импульс находится в оппозиции к инстинкту самосохранения и, следовательно, имеет обратный знак. Он может быть связан как с повышенными способностями (талант), так и со средними, и это показывает его самостоятельность среди прочих импульсов поведения, описанных в психологии. Этот признак до сих пор никогда и нигде не описывался и не анализировался. Однако именно он лежит в основе антиэгоистической этики, где интересы коллектива, пусть даже неверно понятые, превалируют над жаждой жизни и заботой о собственном потомстве.
Пассионарность - это страсть, любое сильное желание, без животных инстинктов. Животные инстинкты стимулируют эгоистическую этику и капризы являющиеся симптомами разболтанной психики, а равно душевные болезни. Пассионарность, конечно, – уклонение от видовой нормы, но отнюдь не патологическое явление.
Ф.ЭНГЕЛЬС О РОЛИ СТРАСТЕЙ ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ
Энгельс ярко описывает силу страстей человеческих и их роль в истории: "...цивилизация совершила такие дела, до каких древнее родовое общество не доросло даже в самой отдаленной степени. Но она совершила их, приведя в движение самые низменные побуждения и страсти людей и развив их в ущерб всем их остальным задаткам. Низкая алчность была движущей силой цивилизации с ее первого до сегодняшнего дня; богатство, еще раз богатство и трижды богатство, богатство не общества, а вот этого отдельного жалкого индивида было ее единственной определяющей целью. Если при этом в недрах этого общества все более развивалась наука и повторялись периоды высшего расцвета искусства, то только потому, что без этого невозможны были бы все достижения нашего времени в области накопления богатства".
Эта мысль пронизывает ткань работы Энгельса "Происхождение семьи, частной собственности и государства". Он указывает, что именно "алчное стремление к богатству" привело к возникновению антагонистических классов. Говоря о падении родового строя в обществе (в том обществе, где функционирующие этносы находятся, по нашему мнению, в фазе гомеостаза), Энгельс писал: "Власть этой первобытной общности должна быть сломлена, – и она была сломлена. Но она была сломлена под такими влияниями, которые прямо представляются нам упадком, грехопадением по сравнению с высоким нравственным уровнем старого родового общества. Самые низменные побуждения
- вульгарная жадность, грубая страсть к наслаждениям, грязная скаредность, корыстное стремление к грабежу общего достояния – являются восприемниками нового цивилизованного классового общества; самые гнусные средства-воровство, насилие, коварство, измена-подтачивают старое бесклассовое родовое общество и приводят его к гибели".
Так смотрел Энгельс на прогрессивное развитие человечества. Алчность же – эмоция, коренящаяся в сфере подсознания, функция высшей нервной деятельности, лежащая на грани психологии и физиологии. Равноценными эмоциями являются жадность, страсть к наслаждениям, скаредность, корысть, упоминаемые Энгельсом, а также властолюбие, честолюбие, зависть, тщеславие. С обывательских позиций, это "дурные чувства", но с философских-"дурными" или "хорошими" могут быть только мотивы поступков, причем сознательные и свободно выбранные, а эмоции могут быть только "приятными" или "неприятными", и то смотря какие поступки они порождают. А поступки могут быть и бывают самые различные, в том числе объективно полезные для коллектива. Например, тщеславие заставляет артиста добиваться одобрения аудитории и тем совершенствовать свой талант. Властолюбие стимулирует активность политических деятелей, подчас необходимую для государственных решений. Жадность ведет к накоплению материальных ценностей и т.д. Ведь все эти чувства – модусы пассионарности, свойственной почти всем людям, но в чрезвычайно разных дозах. Пассионарность может проявляться в самых различных чертах характера, с равной легкостью порождая подвиги и преступления, созидание, благо и зло, но не оставляя места бездействию и спокойному равнодушию.
Столь же категорично высказывался и Гегель в своих лекциях по философии истории: "Мы утверждаем, что вообще ничто не осуществлялось без интереса тех, которые участвовали своей деятельностью, и так как мы называем интерес страстью, поскольку индивидуальность, отодвигая на задний план все другие интересы и цели, которые также имеются и могут быть у этой индивидуальности, целиком отдается предмету, сосредоточивает на этой цели все свои силы и потребности, – то мы должны вообще сказать, что ничто великое в мире не совершается без страсти".
В цитированном описании социопсихологического механизма, несмотря на всю его красочность, есть немаловажный дефект. Гегель сводит страсть к "интересу", а под этим словом в XIX в. понималось стремление к приобретению материальных благ, что заранее исключает возможность самопожертвования. И не случайно, что некоторые последователи Гегеля стали исключать из мотивов поведения исторических персон искренность и бескорыстную жертвенность ради предмета своей страсти. Такая вульгаризация, к сожалению, ставшая общим заблуждением, вытекает из нечеткости формулировки немецкого философа.
Да, идеи – это огни в ночи, манящие к новым и новым свершениям, а не вериги, сковывающие движения и творчество. Уважение к предшественникам состоит в том, чтобы продолжить их подвиг, а не забывать о том, что они сделали и для чего. Пассионария не понимают даже его "друзья" и ближние.
Итак, пассионарность – это способность и стремление к изменению окружения, или, переводя на язык физики, – к нарушению инерции агрегатного состояния среды. Импульс пассионарности бывает столь силен, что носители этого признака – пассионарии не могут заставить себя рассчитать последствия своих поступков. Это очень важное обстоятельство, указывающее, что пассионарность
- атрибут не сознания, а подсознания, важный признак, выражающийся в специфике конституции нервной деятельности. Степени пассионарности различны, но для того чтобы она имела видимые и фиксируемые историей проявления, необходимо, чтобы пассионариев было много, т.е. это признак не только индивидуальный, но и популяционный.
Внутренний нажим пассионарности сильнее инстинкта самосохранения, и уважения к законам, воспитанного в нем культурой и обычаем.
Пассионарий крайне тщеславен и завистлив, но эти качества - только проявления пассионариости. Значит, не отдельные пассионарии делают великие дела, а тот общий настрой, который можно назвать уровнем пассионарного напряжения.
Пассионарии служат центром притяжения для большого количества людей истпользуя их энергию толчка растрачивая полученный импульс.
Пассионарное напряжение
Для пассионариев же характерно посвящение себя той или иной цели, преследуемой иной раз на протяжении всей жизни. Это дает возможность характеризовать ту или иную эпоху в аспекте пассионарности.
ПАССИОНАРНАЯ ИНДУКЦИЯ
Пассионарность обладает важным свойством: она заразительна. Это значит, что люди гармоничные (а в еще большей степени -импульсивные), оказавшись в непосредственной близости от пассионариев, начинают вести себя так, как если бы они были пассионарны. Но как только достаточное расстояние отделяет их от пассионариев, они обретают свой природный психоэтнический поведенческий облик. Пассионарная индукция проявляется всюду. Это общеизвестное явление объясняют отмеченные нами пассионарные индукция и резонанс. И они позволяют понять значение органических пассионариев, являющихся "затравкой" для тех, кого пассионарность заразила. Без первых вторые рассыпаются розно, как только исчез генератор пассионарной индукции и иссякла инерция резонанса. А это обычно происходит очень быстро.
СПОСОБЫ УТРАТЫ ПАССИОНАРНОСТИ
Пассионарии обречены. Правильно!
Итак, пассионарность-не просто "дурные наклонности", а важный наследственный признак, вызывающий к жизни новые комбинации этнических субстратов, преображая их в новые суперэтнические системы. Теперь мы знаем, где искать его причину: отпадают экология и сознательная деятельность отдельных людей. Остается широкая область подсознания, но не индивидуального, а коллективного, причем продолжительность действия инерции пассионарного толчка исчисляется веками. Следовательно, пассионарность – это биологический признак, а первоначальный толчок, нарушающий инерцию покоя, – это появление поколения, включающего некоторое количество пассионарных особей. Они самим фактом своего существования нарушают привычную обстановку, потому что не могут жить повседневными заботами, без увлекающей их цели. Необходимость сопротивляться окружению заставляет их объединиться и действовать согласно; так возникает первичная консорция, быстро обретающая те или иные социальные формы, подсказанные уровнем общественного развития данной эпохи. Порождаемая пассионарным напряжением активность при благоприятном стечении обстоятельств ставит эту консорцию в наиболее выгодное положение, тогда как разрозненных пассионариев не только в древности "либо изгоняли из племен, либо просто убивали". Примерно так же обстоит дело в классовом обществе. Это отметил Пушкин, написав: "...посредственность одна нам по плечу и не странна..." ("Евгений Онегин", глава восьмая, IX).
ОСОБИ ГАРМОНИЧНЫЕ
Когда пассионарность выходит из-под контроля разумной целесообразности и из силы созидательной превращается в разрушительную. Тогда гармоничные особи оказываются спасителями своих этносов, но тоже до определенного предела.
Люди этого склада – крайне важный элемент. Они умеряют вспышки пассионарности, умножают материальные ценности по уже созданным образцам. Они вполне могут обходиться без пассионариев до тех пор, пока не появится внешний враг.
Надо помнить, что повышенная беззащитность не всегда способствует процветанию.
"ВЫРОЖДЕНЦЫ", "БРОДЯГИ", "БРОДЯГИ-СОЛДАТЫ;
Наконец, в составе этносов почти всегда присутствует категория людей с "отрицательной" пассионарностью. Иначе говоря, их поступками управляют импульсы, вектор которых противоположен пассионарному напряжению.
Такие последствия и соответственно смену идеала дает потеря пассионарного напряжения системой. Лозунг "жизнь для себя" – это легкий путь в черную гибель.
Пассионарнооть отдельного человека сопрягается с любыми способностями: высокими, малыми, средними; она не зависит от внешних воздействий, являясь чертой конституции человека; она не имеет отношения к этическим нормам, одинаково легко порождая подвиги и преступления, творчество и разрушение, благо и зло, исключая только равнодушие; и она не делает человека "героем", ведущим "толпу", ибо большинство пассионариев находятся именно в составе "толпы", определяя ее потентность и степень активности на тот или иной момент. Группа субпассионариев в истории наиболее красочно представлена "бродягами" и профессиональными сенатами-наемниками (ландскнехтами). Они не изменяют и не сохраняют его, а существуют за его счет. В силу своей подвижности они часто играют важную роль в судьбах этносов, совершая вместе с пассионариями завоевания и перевороты. Но если пассионарии могут проявить себя без субпассионариев, то те без пассионариев – ничто. Они способны на нищенство или на разбой, жертвой которого становятся носители нулевой пассионарности, т.е. основная масса населения. Но в таком случае "бродяги" обречены: их выслеживают и уничтожают. Однако они появляются в каждом поколени.
ГРАДАЦИИ ПАССИОНАРНОСТИ
Типичными пассионариями, но отнюдь не "героями" и не "вождями" являются: Скупой рыцарь, одержимый алчностью; Дон Гуан, стремящийся к любовным победам ради побед; Сальери из зависти убивающий Моцарта; Алеко, из ревности зарезавший Земфиру. Пассионариями и вождями, хотя и не героями у Пушкина выступают Мазепа и Пугачев (весьма далекие от исторических прототипов), а героями, но не пасссионариями – Гринев и Машенька Миронова, рискующие жизнью ради долга. Образец пассионария и героя, хотя и короля, но не "вождя" – Карл XII, "любовник бранной славы -для шлема кинувший венец", т.е. приносящий интересы своей страны в жертву своему тщеславию. Последнему противопоставлен Петр I – гармоничная личность, выполняющая свой долг перед Россией, гораздо более сильная, чем Карл XII, следующий собственным капризам. Так – в трактовке Пушкина, и это близко к действительности, ибо, за исключением личных черт: возбудимости, детской жестокости и т.п., Петр был подобен своему отцу, т.е. был человеком своего времени и продолжал одну из линий русской культурной традиции – сближение с Европой, возникшую в начале XVII в. при Михаиле Федоровиче. Но при этом Петра окружали пассионарии, например Меншиков, Ромодановский, Кикин, но они ни вождями, ни героями не были. Ни по Пушкину, ни на самом деле. Поэтому сопоставление пассионариев с вождями – домысел, цель которого описание одного из поведенческих признаков свести к банальной, давно отброшенной теории.
И ничуть не менее абсурдна другая, обратная точка зрения, сводящая все мотивы поступков самых разных людей к стремлению получить выгоду, причем под последней подразумеваются только деньги и эквивалентные им ценности. Эта вульгарная позиция субпассионарного обывателя часто выдается за материализм, с которым она на самом деле не имеет ничего общего. Обыватель, как правило, лишен воображения.
Он не может и не хочет представить себе, что существуют люди, не похожие на него, движимые иными идеалами и не стремящиеся к иным целям, нежели деньги. Концепция непосредственной выгоды никогда не была точно сформулирована, потому что тогда стала бы очевидна ее абсурдность, но как сама собой подразумевающаяся она фигурирует в рассуждениях по любому поводу и даже в научных построениях, почему и требует к себе внимания.
Затухание пассионарности
ВСПЫШКА И ПЕПЕЛ
Теперь можно сказать, что "пусковой момент" этногенеза – это внезапное появление я популяции некоторого числа пассионариев и субпассионариев; фаза подъема – быстрое увеличение числа пассионарных особей в результате либо размножения, либо инкорпорации; акматическая фаза – максимум числа пассионариев; фаза надлома – это резкое уменьшение их числа и вытеснение их субпассионариями: инерционная фаза – медленное уменьшение числа пассионарных особей; фаза обскурации – почти полная замена пассионариев субпассионариями, которые в силу особенностей своего склада либо губят этнос целиком, либо не успевают погубить его до вторжения иноплеменников извне. Во втором случае остается реликт, состоящий из гармоничных особей и входящий в биоценоз населяемого им региона как верхнее, завершающее звено.
Эту внутриэтническую эволюцию проделали все этносы, которых мы считаем примитивными только потому, что их незаписанная история тонет во мгле веков. Но ту же картину мы наблюдаем в истории, причем особенно четко это просматривается на субэтнических целостностях, например на сибирских казаках.
Как объяснить несовпадение "расцветов" пассионарного и творческого?
ПАССИОНАРНОСТЬ СЛАБАЯ. НО ДЕЙСТВЕННАЯ
Творческое сгорание Гоголя и Достоевского, добровольный аскетизм Ньютона, надломы Врубеля и Мусоргского – это тоже примеры проявления пассионарности, ибо подвиг науки или искусства требует жертвенности, как и подвиг "прямого действия". В процессах этногенеза ученые и артисты тоже играют важную роль, хотя и другую, нежели деятели политической истории. Они придают своему этносу специфическую окраску и таким образом либо выделяют его из числа прочих, либо способствуют межэтническому общению, благодаря чему возникают суперэтнические целостности и культуры. К пассионариям же, хотя и меньшего напряжения, относятся безымянные строители готических соборов, древние русские зодчие, сочинители сказок и т.п., по внутреннему влечению выбравшие эти трудные профессии. Понятно, что к ним принадлежат и талантливые летописцы, которые попадают в этот раздел по принятой нами классификации.
Обратим внимание на относительно слабые, но творческие степени пассионарного напряжения системы. Их две: одна на подъеме до "перегрева" системы, который мы будем называть "акматической фазой", и вторая-в надломе, знаменующая переход к фазе, которую мы назвали "инерционной". Образно говоря, оба интересующих нас момента являются перегибами кривой роста (плюс-минус) пассионарности этнической системы, причем даже при спаде до полной потери напряжения еще далеко. При относительно невысоком уровне пассионарности стереотип поведения и общественный императив человека не таковы, чтобы незаметно для него самого толкнуть его на добровольную смерть ради им самим выбранной идеальной или даже иллюзорной цели. Но имеющееся в этносе этого периода пассионарное напряжение достаточно для того, чтобы к оной цели стремиться и хотя бы немного изменить окружающую его действительность. Вот тут-то, если у человека есть соответствующие способности, он предается науке или искусству, дабы убеждать и чаровать современников.
Стихи ли, картины ли, театральные представления – все это действует на воспринимающих людей и меняет их, причем мы не ставим здесь вопроса: к лучшему или к худшему? Если же эти способности отсутствуют – человек накапливает богатство, делает служебную карьеру и т.п. Исторические эпохи, где господствует данный уровень пассионарности, рассматриваются как расцвет культуры, но за ними всегда следует один из двух возможных жестоких периодов: либо при подъеме пассионарности происходит уже описанный "перегрев", либо при медленном ее спаде наступает упадок.
Мы показали, что личность даже большего пассионарного напряжения не может сделать ничего, если она не находит отклика у своих соплеменников. А именно искусство является инструментом для соответствующего настроя; оно заставляет сердца биться в унисон. И поэтому можно утверждать, что Данте и Микеланджело сделали для интеграции итальянского этноса никак не меньше, чем Цезарь Борджиа и Макиавелли. И недаром эллины чтили Гомера и Гесиода наравне с Ликургом и Солоком, а древние персы Заратустру даже предпочитали Дарию I Гистаспу. Пока пассионарность пронизывает этнос в разных дозах – идет развитие, что выражается в творческих свершениях; но поскольку не может быть поэта без читателя, ученого – без учителя и учеников, пророка – без паствы, а полководца – без офицеров и солдат, механизм развития лежит не в тех или иных персонах, а в системной целостности этноса, обладающего той или иной степенью пассионарного напряжения.
Субпассионарии - это люди живущие без цели и смысла.
Субпассионарии
Материал из Википедии - свободной энциклопедии
Субпассионарии - в пассионарной теории этногенеза люди, которые в силу неспособности абсорбировать из окружающей среды достаточное количество энергии не могут полноценно адаптироваться в среде. Субпассионарность (недостаток энергии) проявляется в неспособности сдерживать инстинктивные вожделения, в асоциальном поведении, паразитизме, недостаточной заботе о потомстве. Люди такого типа хорошо известны во все эпохи и встречаются практически во всех этносах. Их называют бродягами, босяками, бомжами и т. д. Обычно они скапливаются в крупных городах, где есть возможность жить, не работая, а паразитируя, и развлекаться. Такое сосредоточение субпассионариев приводит к громадному росту алкоголизма, ситуативной преступности, наркомании, стихийных беспорядков. Все это следствия основной черты субпассионариев - неспособности контролировать свои вожделения, даже если их удовлетворение идет во вред себе и окружающим.
Гармоничные особи (гармоничники) - особи, пассионарный импульс которых равен по величине импульсу инстинкта самосохранения. (В. Ермолаев. Толковый словарь понятий и терминов этногенеза, 1989 г).
Пассионарность это атрибут не сознания а подсознания. Инстинкт самосохранения отсутствует - анти-инстинкт, безудержный эгоизм, но влечение к истине и красоте. Атрактивность - аналог пассионария. Поэты, правдолюбцы, люди с неуёмной жаждой деятельности. Пограничники. Пушкин был пассионарий, Александр Македонский, Иррациональность поведения а не разум - славу ставил выше целесообразности. Пассионарность - это способность к изменению окружения и обстоятельств, люди горящие страстью. Фаза подъема - отчаянные готовые к идеалу победы. жертв ради Аттрактивность аналог пассионарности, но у них больше разумного эгоизма.
Аттрактивность - (от лат. attrahere - «привлекать») - привлекательность, в основном естественное состояние чего либо, не вызывающее раздражение, а наоборот манящее, вызывающее некое притяжение, симпатию. Атрактивность - влечение к абстрактным ценностям истины, красоты и справедливости.Свойство человека вызывать к себе симпатию и доверие у др. людей

Пассионарность - означает сверхэнергичность.

Пассионарий - это человек, наделённый избыточной энергией, импульс которой превышает импульс инстинкта самосохранения, вследствие чего пассионарий способен пожертвовать своей жизнью ради идеи.

«Пассионарность, – писал Гумилёв, – это непреоборимое внутреннее стремление (чаще неосознанное) к деятельности, направленной на осуществление какой-либо цели. Цель эта представляется пассионарной особи ценнее даже собственной жизни, а тем более жизни соплеменников и современников».

Пассионарии – особи, обладающие врожденной способностью абсорбировать из окружающей среды энергии больше , чем это требуется для личного и видового самосохранения, и выдавать эту энергию в виде целенаправленной работы по изменению окружающей среды. Причем, психическая и интеллектуальная активность требует затрат энергии точно так же, как и физическая, только эта энергия пребывает в иной форме и ее труднее регистрировать и измерять.

Пассионариев в составе этноса всегда меньшинство,
но они составляют тот стержень, на котором держится вся этническая система

«Это мотор, который всё двигает». Конечно, писал Гумилёв, пассионарность является отклонением от видовой нормы, это, вероятно, мутация, но мутация маленькая, не приводящая к патологии. Хотя нормальные люди (которые считают, что если уж рисковать жизнью, то за большие деньги) часто называют пассионариев фанатиками и сумасшедшими.

Гумилёв вспоминал, что когда он впервые выступил с описанием этого феномена, то его сразу же обругали в журнале «Вопросы истории» и обвинили в отходе от материализма. А потом вызвали на редколлегию и спросили: «Что это за качество, которое вы называете «пассионарность», и которое мешает людям устраивать свою жизнь наилучшим образом?

Я им стал объяснять – долго, научно. Вижу – ни бум-бум не понимает эта редколлегия.

Мне говорят: «Ну, ладно, хватит, хватит», – мол, не умеете объяснять.

«Нет, сейчас, минутку! Поймите, не все люди шкурники! Есть люди, которые искренне и бескорыстно ценят свой идеал и ради него готовы пожертвовать жизнью. И если бы этого не было, то вся история пошла бы по-иному!» Они говорят: «А, это оптимизм. Это хорошо»…

Пассионарность проявляется в различных чертах характера. Это может быть

  • гордость,
  • тщеславие,
  • алчность,
  • жажда власти,
  • ревность.

«Пассионарность отдельного человека может сочетаться с любыми способностями: высокими, средними, малыми, она не зависит от внешних воздействий, являясь чертой психики данного человека; она не имеет отношения к этике, одинаково легко порождая подвиги и преступления, творчество и разрушения, благо и зло, исключая только бездействие и равнодушие», – писал Гумилёв.

То есть, пассионарием может быть и великий полководец, и жертвенный учёный, и разбойник, и революционер-нигилист.

Гитлер тоже был пассионарием, со своей иллюзорной идеей. Гумилёв дает этому явлению следующее объяснение: «…всякая энергия имеет два полюса и пассионарная энергия (биохимическая) – не исключение. На этногенезе биполярность сказывается тем, что поведенческая доминанта может быть направлена в сторону усложнения систем, то есть созидания, или упрощения их». Например, идеология нацизма ставила своей целью истребление и порабощение большинства народов, как неполноценных, а это означало упрощение сложной многообразной планетарной системы состоящей из разных государств, этносов, культур, религий. Гитлер был типичным пассионарием с отрицательным знаком. К такого рода пассионариям можно отнести и многих лидеров революционного марксизма, и современных финансовых глобалистов, поскольку в их идеологиях прямо говорится о слиянии всех наций и культур на планете Земля в одну глобальную этнокультурную кашу…

Чтобы проиллюстрировать феномен пассионарности Гумилёв приводит в пример двух пассионариев с высокой степенью пассионарности – Александра Македонского и Наполеона Бонапарта. Достигнув вершин власти, они имели всё: деньги, славу, почитание. Почему они не сидели у себя дома и не наслаждались жизнью? Зачем им нужно было бросать свои армии в ненужные, бессмысленные походы (Индийский – Александра, Русский и Испанский – Наполеона). Для большинства современников, писал Гумилёв, стимул их деятельности оставался загадкой. Когда после завоевания почти всей Азии Александр вторгся в Индию, его солдаты и полководцы не выдержали: «Царь, куда ты нас ведёшь? Зачем нам эти индусы? Мы даже добычу, которую здесь берём, не можем отправить домой в Грецию. Нас здесь всех перебьют, веди нас назад… Царь, мы тебя любим, но хватит!» Назад вернулись немногие, а сам Александр умер в дороге.

Когда Наполеон проиграл, и русские войска в 1814 году входили в Париж, французские буржуа кричали: «Мы не хотим войны! Мы хотим торговать!»

Что же заставляло этих людей, Наполеона и Александра, действовать так неразумно? Только одно – неуёмная жажда действия .

Ярко выраженные пассионарии:

  • Жанна д’Арк,
  • Коперник,
  • Сергий Радонежский,
  • патриарх Никон,
  • Ермак,
  • Пугачёв,
  • Суворов,
  • Сталин…

Однако пассионарны могут быть не только великие полководцы, герои, правители. «Лидеры-пассионарии, – говорил Гумилёв, – лишь видимая верхушка пассионарных людей этноса». Простой солдат тоже может быть пассионарным. Например, Василий Теркин у Твардовского – типичный пассионарий. Так же как и бронебойщик Лопахин у Шолохова. Люди такого типа не столько «ведущие», сколько «толкающие» всех остальных. Они как бы «заводят» окружающих своей избыточной энергией.

Пассионариями были землепроходцы, монахи-миссионеры, купцы-путешественники. Например, простые византийские монахи доходили с проповедью православия до Китая. Они подвергались постоянной опасности на этом пути, многие погибли, но они все равно шли и шли, и ничто не могло их остановить. Множество пассионариев мы видим среди творческих людей – художников, писателей и поэтов: «Талант – это пассионарность на индивидуальном уровне».

В целом пассионарии характеризуются явным преобладанием социальных (лидерство) и идеальных (религия, идеология, культура) потребностей над биологическими, хотя и биологические потребности могут быть ярко выражены.

Пассионарность обладает одним важным свойством – она заразительна. Это значит, что люди нормальные (а в ещё большей степени – импульсивные), оказавшись в непосредственной близости от пассионариев, начинают вести себя как пассионарии. Это издавна использовалось в военном деле. Пассионариев или собирали вместе и формировали из них ударные части, или распределяли в массе солдат, чтобы поднять их воинский дух. Практика показывает, что два-три пассионария могут поднять боеспособность целой роты (100 – 120 чел.). (Ну, а когда пассионариев не хватает, в дело вступают заградотряды.)

С чем связана такая индукция пассионарности? Видимо, всё с тем же силовым полем (биополем) пассионария, которое Гумилёв называл пассионарным полем . Когда сегодня говорят о харизме – имеют в виду именно это явление.

Гумилёв приводит такой пример. В 1880 году Ф. М. Достоевский произнёс свою знаменитую речь о Пушкине. Успех был, по воспоминаниям очевидцев, грандиозным, несколько человек упали в обморок. Однако в чтении эта речь особого впечатления не производит. Видимо решающим был эффект личного воздействия Достоевского на собравшихся людей.

Но откуда берутся пассионарии? Гумилёв выдвигает гипотезу о том, что пассионарии появляются в результате мутаций, которые, в свою очередь, происходят под воздействием каких-то космических излучений – пассионарных толчков . Они довольно редки (2 – 3 за тысячелетие) и располагаются по поверхности Земли узкими полосами шириной около 300 километров: «Словно кто-то стегает по планете плетью». Эти полосы никогда не переходят на обратную сторону земного шара.

Если линия пассионарного толчка затрагивает два или более этноса, находящихся в статическом состоянии (или, значительно реже, динамичных), которые проживают на стыке разных природных ландшафтов, то рождается новый этнос.

«Каждый пассионарный толчок, – говорил Гумилёв, – перемешивает население; в результате, как из перемешанной колоды карт, создается новая комбинация».

Больше, чем это требуется только для личного и видового самосохранения , и выдавать эту энергию в виде целенаправленной работы по видоизменению окружающей их среды. Судят о повышенной пассионарности того или иного человека по характеристике его поведения и психики .

Пассионарии являются людьми нового склада в популяции и ломают сложившийся уклад жизни, из-за чего вступают в конфликт с обществом . Они организуются в группы (консорции ), те, в свою очередь, становятся ядрами новых этносов , образующихся обычно через 130-160 лет после «толчка», и выдвигают идеологии , становящиеся их доминантами .

В контексте [прояснить ] определение используется в значении «предприимчивые, активные и рисковые люди, стремящиеся к выполнению поставленной задачи, преодолевающие страх смерти».

Источники

  • Гумилёв Л. Н. Этногенез и биосфера Земли. - СПб. : Кристалл, 2001. - ISBN 5-306-00157-2 .
  • Мичурин В. А. . - М ., 1993.

Напишите отзыв о статье "Пассионарии"

Отрывок, характеризующий Пассионарии

В этот же вечер, Пьер поехал к Ростовым, чтобы исполнить свое поручение. Наташа была в постели, граф был в клубе, и Пьер, передав письма Соне, пошел к Марье Дмитриевне, интересовавшейся узнать о том, как князь Андрей принял известие. Через десять минут Соня вошла к Марье Дмитриевне.
– Наташа непременно хочет видеть графа Петра Кирилловича, – сказала она.
– Да как же, к ней что ль его свести? Там у вас не прибрано, – сказала Марья Дмитриевна.
– Нет, она оделась и вышла в гостиную, – сказала Соня.
Марья Дмитриевна только пожала плечами.
– Когда это графиня приедет, измучила меня совсем. Ты смотри ж, не говори ей всего, – обратилась она к Пьеру. – И бранить то ее духу не хватает, так жалка, так жалка!
Наташа, исхудавшая, с бледным и строгим лицом (совсем не пристыженная, какою ее ожидал Пьер) стояла по середине гостиной. Когда Пьер показался в двери, она заторопилась, очевидно в нерешительности, подойти ли к нему или подождать его.
Пьер поспешно подошел к ней. Он думал, что она ему, как всегда, подаст руку; но она, близко подойдя к нему, остановилась, тяжело дыша и безжизненно опустив руки, совершенно в той же позе, в которой она выходила на середину залы, чтоб петь, но совсем с другим выражением.
– Петр Кирилыч, – начала она быстро говорить – князь Болконский был вам друг, он и есть вам друг, – поправилась она (ей казалось, что всё только было, и что теперь всё другое). – Он говорил мне тогда, чтобы обратиться к вам…
Пьер молча сопел носом, глядя на нее. Он до сих пор в душе своей упрекал и старался презирать ее; но теперь ему сделалось так жалко ее, что в душе его не было места упреку.
– Он теперь здесь, скажите ему… чтобы он прост… простил меня. – Она остановилась и еще чаще стала дышать, но не плакала.
– Да… я скажу ему, – говорил Пьер, но… – Он не знал, что сказать.